СТРАСТИ ПО БУРАТИНО

4 апреля 2008 г.

 

БУРАТИНО КАК ПРЕДЧУСТВИЕ

Действующие лица:

куклы:
ПЬЕРО
МАЛЬВИНА
АРТЕМОН
АРЛЕКИН

животные:
АЛИСА, дрессированная лиса
БАЗИЛИО, бродячий кот
ТОРТИЛЛА, ученая черепаха

люди:
КАРАБАС-БАРАБАС, антрепренер, директор кукольного театра
ДУРЕМАР, менеджер сети городских аптек
КОЛЛОДИ Карло, бывший работник просвещения, столяр-любитель на пенсии

 

Действие первое

Полутемный подвал театра. В центре на гвоздях в ряд висят Артемон, Мальвина, Пьеро, Арлекин. Справа и слева в темноте угадываются силуэты других кукол.

Напряженная пауза.

АРЛЕКИН. Это ерунда.

АРТЕМОН. Это похоже на сказку.

МАЛЬВИНА.Это и есть самая обыкновенная сказка. Ай-яй-яй, Пьеро!

ПЬЕРО. Говорю вам - так написано в древней красивой книге! Я забыл, как она называется...

Куклы смеются.

АРЛЕКИН. Ха-ха-ха! Написано!

АРТЕМОН. Га-га! Га!

МАЛЬВИНА (с укоризной). Пьеро! Ты же не умеешь читать! Зачем ты нам всё это рассказал? Скажи, что ты всё придумал!

ПЬЕРО (шмыгает, утирается широким рукавом). Да. Я не умею читать. Ну и что. (Повышает голос). Мне рассказал это один человек. Из зрителей... (Громко). Я сразу поверил ему! Это был солидный ученый господин. Не знаю, что он делал в нашем театре... Наверное, приводил своих детей. И в антракте, там, в коридорчике... Я стоял, мне было невыносимо тошно... Наверное, он случайно заметил меня... моё состояние... Он подошел, погладил по голове и вдруг рассказал всё это!

АРЛЕКИН (пытаясь чуть отодвинуться). Больше он ничего с тобой не делал?

ПЬЕРО (не обращая внимания). Он говорил недолго, но очень точно и здорово! Так говорят умные писатели и добрые волшебники. И он сказал, как называется книга! Но я забыл... у меня вообще в последнее время что-то с памятью...

АРЛЕКИН. С головой, это точно...

ПЬЕРО. Говорю вам - Он появится, Он уже очень скоро появится! Он придет и освободит всех нас! Это такая же кукла как и мы. Может быть даже деревянная... Деревянный человечек. Но Ему дано то, что не дано всем нам. Он не умнее и не сильнее нас... он... Просто он не зашорен, как все мы! Он приведет нас к гармонии и свету. Его имя - Буратинио!

Мальвина прыскает.

АРЛЕКИН (тихо напевает под нос):

Карабас артистов спьяну дрючит и-и калечит,
Беспредельная скотина рогом па-альцы гнёт.
Только скоро деревянный при-идет че-е-ловечек,
И директору тупому бороду-у намнёт...

Пауза.

Где-то далеко печально играет скрипка.

АРТЕМОН. Спать надо. Завтра тяжелый день, суббота...

МАЛЬВИНА. Спокойной ночи.

ПЬЕРО (роянет голову на грудь). Вы не верите мне...

АРТЕМОН. Вера - это всё такое... личное. Каждый верит. Но в своё. А когда верят хором - это представление, буффонада.

АРЛЕКИН. Надо же такое придумать...

АРТЕМОН. Да чушь.

Пауза.

ПЬЕРО. А всё-таки вы поверили мне...

МАЛЬВИНА. Не говори глупостей. Всё, спим.

Пауза. Свет гаснет. Слышен тихий храп Артемона.

Высвечиваются Мальвина и Пьеро.

МАЛЬВИНА (с закрытыми глазами, шепотом). Я решила уйти.

ПЬЕРО (резко поворачивает голову). К-как? Куда?

МАЛЬВИНА (шепотом). Не ори. Я решила уйти из театра.


ПЬЕРО. Но куда? Куда ты пойдешь? И как далеко ты уйдешь?

МАЛЬВИНА (раздраженно). Вот разорался. Я уже пожалела, что это сказала...

ПЬЕРО. Кому ты нужна? Ты давно заходила в современные кукольные лавки? Ты знаешьчто там?.. Ты не уйдешь далеко, тебя найдут в два счета.

МАЛЬВИНА. Я немного знаю испанский... и по-русски понимаю. У меня бабушка русская. В городе есть порт, там сейчас такое... Короче, шанс есть.

ПЬЕРО. Мальвина, а я... а мы... Я же говорил тебе, еще немного...

МАЛЬВИНА. Что "мы", кто "мы"? Что ты говорил? Слова... Или эта твоя сегодняшняя сказка?! Цирк!

ПЬЕРО. Это правда! Так будет!

МАЛЬВИНА. О боже...

Пауза.

ПЬЕРО. Ты уходишь... одна?

МАЛЬВИНА. Артемон...

ПЬЕРО (выглядывает через Мальвину на спящего Артемона). Артемон-то тут при чем?

МАЛЬВИНА. Он согласился. Сопровождать меня. Да и вдвоем надежнее. И потом он всё же собака, его возьмут...

ПЬЕРО. Ужас...

МАЛЬВИНА. Ох, Пьеро. Ты большой ребенок. Ты живешь в каком-то придуманном мире. Ты ругаешь театр, а без него не проживешь и трех дней. Ты совершенно неприспособлен к жизни там...

ПЬЕРО. Я мог бы с вами...

МАЛЬВИНА. Оох... Молчи.

АРЛЕКИН (совсем не сонным голосом). Гхм...

Свет гаснет.


Действие второе

Каморка над сценой - кабинет директора. Стол, тарелки, открытые консервные банки, несколько разнокалиберных бутылок. На стенах аляповатые афишки. За столом Карабас-Барабас и Дуремар. Оба уже в изрядном подпитии.

КАРАБАС-БАРАБАС (громко). Сборы падают от сезона к сезону, а аренда растет как... чорт знает что! Если это продолжится еще полгода, то я банкрот! Инвесторы повесят меня - вот! - на моей собственной бороде!

ДУРЕМАР. Нуу, бороду, положим, можно сбрить...

КАРАБАС-БАРАБАС (сверкнув глазами). Тогда они подвесят меня за яйца!

ДУРЕМАР. Оценивая нагрузку, гарантирую мгновенную травматическую ампутацию придатков. Летальный исход гарантирован.

Пауза. Наливают.

КАРАБАС-БАРАБАС.Нет репертуара, год мы играем фактически одно и то же. А знаете, сколько стоит написать сов-ре-мен-ную пи-эсу? Долбаные авторы совсем осатанели, за третьесортный скетч они ломят как за трагедию в шести частях для столичной гранд-оперы. И каждый - Шекспир! А качество - тьфу, даже для скетча. Нет темы, нет сюжетных ходов. Или бах-бах, или ох-ох... Пойдет на такое зритель? Откуда, скажите, взяться доходам?

ДУРЕМАР (скептически, наливая). Откройте стриптиз-шоу. Вон Антонио открыл - неплохо, говорят, поднялся...

КАРАБАС-БАРАБАС. Подите вы к чорту с вашим Антонио! У меня кук-лы! Мы по документам - детское просветительское учреждение. Но если это продолжится, я уже ни за что не ручаюсь. Дети, не дети... Я сам первый выскочу на авансцену с голым задом!

ДУРЕМАР. Это ход!

Чокаются, пьют.

КАРАБАС-БАРАБАС. И как в таких ситуациях можно вообще вести речь об искусстве? Какое искусство в условиях тотальной коммерции, этой несусветной гонки с бесконечным финалом? Деньги, деньги... Все помешались на деньгах!

ДУРЕМАР (наливает). Но и без денег, согласитесь...

КАРАБАС-БАРАБАС. Соглашусь... (смотрит куда-то вбок). Но - не соглашусь! (ударяет кулаком по столу). Они требуют денег, но и они же! - требуют искусства! Искусство им подавай! Они типа заплатили - где же искусство?! Дайте искусство, мы пришли хавать искусство... чорт...

ДУРЕМАР. Ну полноте, полноте (наливает Карабасу).

Пьют.

КАРАБАС-БАРАБАС (закусывая). И потом - эти слухи... Буквально на днях я совершенно случайно узнаю, что в моем театре... чорт знает, чуть ли не секта! Они ждут какого-то Бы... Бо... да чорт с ним, какое-то деревянное пугало, которое, видите ли, придёт и обеспечит их всеми мыслимыми правами и равными возможностями! Забастовка! Профсоюз! Только этого мне сейчас не хватало!

ДУРЕМАР (заинтересованно). Погодите-погодите... Я тоже что-то такое слышал. Деревянный человечек... Бу... Буратини, кажется. Я слышал это от своего младшего ученика провизора.

Смотрят друг на друга. Где-то далеко печально играет скрипка.

КАРАБАС-БАРАБАС. И эта зараза ползет по городу! А началось всё с кукол, то есть - обратите внимание, при чем тут куклы, они даже не физические лица! - с МЕНЯ! Я в центре какой-то сектантсткой ереси!

ДУРЕМАР. Может, воспользоваться ситуацией и сделать это гвоздем сезона?

КАРАБАС-БАРАБАС (ошалело). Вы с ума сошли? На следующей неделе я приглашен к губернатору! Я обедаю с полицеймейстером...

ДУРЕМАР. Ну и... обедайте. Оно даже и лучше. Объясните правильно, подайте. Вы же мастер подачи. А полицеймейстер не так глуп, каким его себе представляют.

Наливают каждый себе. Пьют залпом не чокаясь.

КАРАБАС-БАРАБАС. Знаете... есть решительно невозможные вещи...

ДУРЕМАР. Да бросьте. В наше-то время? Когда деньги решают всё?

КАРАБАС-БАРАБАС. Но покушаться на основы нашей государственности?... Возглавить по сути антирежимную секту?

ДУРЕМАР. Ай, оставьте. Какая секта? Идеи носятся в воздухе, важно вовремя подхватить их и направить в нужное русло. Пока их не подхватили другие... Решайтесь, пока не поздно.

КАРАБАС-БАРАБАС (наливает, пьет). Так что вам говорил этот ваш младший провизор? Я слышал, всё начинается с какого-то то ли плотника, то ли уличного музыканта из Латинского квартала...

ДУРЕМАР. Тащите городской справочник.

Свет гаснет.

 

Действие третье

Городская свалка. Мусор, картонные ящики. Сбоку видна часть заросшего тиной пруда.Из двух соседних ящиков вылезают Алиса и Базилио. Оба в довольно приличной, яркой, но несколько несвежей одежде.

АЛИСА. Какое небо голубое...

БАЗИЛИО. Жрать давай.

АЛИСА. Небо, говорю, какое! Посмотри хоть наверх, тварь.

БАЗИЛИО (с ненавистью). Щас в морду вцеплюсь. Жрать давай!

АЛИСА. Скотина! Ты же жрал вчера.

БАЗИЛИО. Я не могу жрать "вчера"! Мне надо жрать сегодня!

АЛИСА. Сегодня пожрешь завтра. Что ты сделал, чтоб жрать каждый день?

БАЗИЛИО. Когда я работал на университетской кафедре, на биофаке...

АЛИСА. Я не могу! Он работал! Какие-то факи... Иди лучше харю умой, чудовище. Заодно рыбоньку поймай...

Базилио какое-то время смотрит на Алису, раздумывая. Потом нехотя поворачивается и идет к пруду.

БАЗИЛИО (брезгливо глядя в грязную воду). Что за мерзость... Даже лягушки передохли. Какая рыба, тут десять лет нет никакой рыбы! (Садится в кустах, плюет на лапу и умывается ею).

Из-за края сцены выплывает огромный лист кувшинки с сидящей на нём в кресле Тортиллой, поразительно похожей на сильно постаревшую Татьяну Толстую.

БАЗИЛИО (брезгливо бурчит). Плавает вон только... говно всякое...

ТОРТИЛЛА (говорит по мобильному - то повышая голос, то спохватываясь и переходя на громкий шепот). Да... Да! Именно так! Это единственное, что у меня осталось. Отнести это в оценку - все равно что подарить. И кому?! - этим прощелыгам? Нет, такое не афишируют, милая моя. Такое или уносят в могилу, или... Да-да, именно... А тем более сейчас, когда по городу ползут эти слухи, я вдруг случайно догадалось - это же он... оно! Да нет... Проба не имеет значения, дело совсем не в материале. Это специальная вещь, она не имеет цены. Да!.. Но я понятия не имею, куда его... её применить... А ведь еще дед говорил мне - придет человек, деревянный...

Кувшинка упирается в берег у кустов, где сидит Базилио.

БАЗИЛИО (прищурясь). Здоров, тетка!

ТОРТИЛЛА (хлопает глазами из-за огромных очков, пряча телефон под панцырь). З-здравствуйте, молодой челове... э-э...Молодой кот.

БАЗИЛИО. Не такой уж я и молодой...

ТОРТИЛЛА. Молодой че... Молодой кот! По сравнению с моим возрастом любой кот - молодой! В мои триста с лишним лет я имею полное право называть молодыми...

БАЗИЛИО. Ну, завела...

Пауза.

БАЗИЛИО. Слышь, тётка. А ты, говорят, миллионщица.

ТОРТИЛЛА. Что? Что вы сказали? Я не ослышалась? Я?! Миллионщица? (Саркастически смеется). Нет, вы подумайте!

БАЗИЛИО. Не, а мне-то чего думать. Говорят...

ТОРТИЛЛА. Вы не потрудились бы сообщить мне, кто именно "говорит"?

БАЗИЛИО. (неопределенно машет лапой). В городе говорят. Я паспорт не спрашивал. Кто коту паспорт покажет?

ТОРТИЛЛА. Молодой... эээ, кот. Запомните. Я всю жизнь, не разгибаясь, зарабатывала литературным трудом. За триста лет я пересотрудничала со всеми городскими издательствами: и существующими, и давно почившими. И всегда - в любые, самые коньюнктурные времена! - платили безобразно мало! Не то что миллион - достойную старость не смогла я себе обеспечить. Плаваю тут...

БАЗИЛИО. За триста лет чего угодно можно. Вот я, когда работал на биофаке...

ТОРТИЛЛА. До свидания! (Отталкивается палкой от дна и плывет обратную сторону).

БАЗИЛИО. Пока, тетенька. (Идет обратно к коробкам).

Алиса лежит, сыто облизываясь.

АЛИСА. Кисонька! Ну что, принес рыбоньку?

БАЗИЛИО. Не, я не могу... Она тут чего-то жрёт! Рыжая морда...

АЛИСА. Совсем уж во. Ничего я тут не жру.

Пауза.

БАЗИЛИО. Не, но мясом же пахнет!

АЛИСА. Пшёл к черту.Совсем уж...

БАЗИЛИО (торжественно). Алиса! А если щас чего расскажу - дашь пожрать?

АЛИСА (поворачиваясь).Ой! Чо ты можешь рассказать?!

Пауза.

АЛИСА. Ну?!

БАЗИЛИО (зловещим шепотом). Алиса! У старухи в пруду золото!

АЛИСА (внимательно смотрит на кота). Ты уже нажрался, что ли? Когда успел-то?

БАЗИЛИО. Где я тебе тут нажрусь?! Слушай, Алиса! Говорю тебе - золото у старухи, много! И не иначе как в пруду, где еще?

АЛИСА (приподнимаясь). Ч-черт. А ведь слышала я что-то такое...

БАЗИЛИО. Ну, а я о чём?!

АЛИСА. Так. И что делать? Кто нырять будет? Ты?

БАЗИЛИО. Да я... Я б весь пруд, вдоль и поперёк! Не могу. Воды я боюсь...

Кусты около коробок раздвигаются и на сцену осторожно выходит Дуремар.

ДУРЕМАР. Прошу прощения, что стал невольным свидетелем вашего разговора. Вы, насколько понимаю, местные?

БАЗИЛИО (подаваясь вперед). В чем дело, товарищ?

ДУРЕМАР. Но, но! Есть дело. Слушайте... (манит обоих к себе пальцем).

Свет гаснет. Далеко и печально играет скрипка.

 

Действие четвертое

Небольшой дворик в Латинском квартале. В углу верстак, часть которого завешена холстом. Куча столярных инструментов, ходят куры. Сбоку стоит огромная бутафорская шарманка с патефонной трубой. В центре прямо на каменной стене грубо намалеван котелок над костром.Опасливо озираясь, входят Артемон, Мальвина, Пьеро, Арлекин.

АРТЕМОН (недоверчиво оглядываясь). Здесь?

ПЬЕРО (ошалело крутит головой). Не знаю...

АРЛЕКИН. Нет, вы посмотрите на него! Привёл...

МАЛЬВИНА. Пьеро! Это и есть та самая твоя обетованная земля?

ПЬЕРО. Да что вы в самом деле! Я привел туда, куда написано...

АРЛЕКИН (предразнивая). На-пы-са-но... Уу! (замахивается).

МАЛЬВИНА. Ой! Смотрите...

Справа от котелка открывается плохо различимая дверь и появляется пожилой, бедно одетый человек с редкими перьями седых волос и красными слезящимися глазами. Острый нос и небритые щеки испещрены сетью склеротических прожилок.

АРТЕМОН. Грм... Гхм...

КОЛЛОДИ (подслеповато щурясь, разглядывает группу кукол). Ой, дети... Много... и собачка...

МАЛЬВИНА. Здравствуйте!

КОЛЛОДИ. Здравствуй, девочка. Здравствуйте, дети. Что вам нужно от старого Карло?

АРТЕМОН. Вы - Карло?

МАЛЬВИНА. Папа?

КОЛЛОДИ. Ну какой я папа... У меня и детей-то не было никогда.

МАЛЬВИНА. Простите... А здесь только вы живете?

КОЛЛОДИ. Да, только я... А кто нужен-то? Был во флигеле сосед, Джузеппе, так его уж полгода как удар хватил. А еще... больше никого. Старуха моя много раньше преставилась. Детей, говорю, нет...

АРЛЕКИН. Вы - шарманщик?

КОЛЛОДИ. Я? Ну какой я шарманщик. Вот столяр Джузеппе - тот да, баловался. А я больше по образовательной части...

МАЛЬВИНА. Гм. Простите. Наверное мы ошиблись. Пойдемте отсюда (поворачивается).

Остальные тоже медленно пятятся назад. Пьеро, не веря в происходящее, остается стоять на месте.

КОЛЛОДИ (не обращая внимания или скорее всего не замечая). Хотел постояльцев к себе пустить, так ремонт нужен, а на какие шиши? Кто в мой клоповник поедет, когда сейчас всем евроотделку подавай с ватерклозетом? Никто не поедет, а рвань всякая мне не нужна. (Идет к верстаку). А одному... плохо, да. Решил я себе на старости лет игрушку скостромить... куклу деревянную...

ПЬЕРО. Куклу?!!! Стойте!

АРТЕМОН. Что он сказал? "Куклу"?

МАЛЬВИНА. Вы сказали - куклу?

АРЛЕКИН. А вы кому-нибудь еще говорили об этом?

КОЛЛОДИ. Говорил? Да никому я ничего не говорил. Я её только вчера вытесал, даже недостругал ещё...

Все смотрят на Пьеро. На его бледном лице появляется загадочная улыбка.

МАЛЬВИНА (громко). Но тогда получается, что вы и есть Папа Карло?!

КОЛЛОДИ. А? Как ты сказала, девочка? Папа Карло? Хе. Откуда ты услышала такое?

ПЬЕРО. Так... ммм... написано. В одной... ммм... книге...

КОЛЛОДИ (очень удивляется). Кни-иге? Как интересно. Дело в том, что в молодости у меня на квартале было прозвище - Папа. Откуда пристало - сестер у меня было четверо младших, мал мала меньше. Так и ходили: я впереди, они за мной сзади. А все: папа, папа. А сейчас я себе вроде как сыночка состругал. Вот и выходит, что я - самый что ни на есть папа! Папа Карло... Хехе, верно! Папа! Карло! (подходит к верстаку). А вот и сыночек мой (отдергивает холст, скрывающий часть верстака).

Прислонясь спиной к стене, на верстаке сидит безобразно большая и грубо отесанная кукла, с маленькой круглой головой и квадратными ушами. Близко посаженные глазки, длинный нос и огромный беззубый рот придают её лицу совершенно дебильное выражение. В каком-то смысле кукла является шаржем на живого Коллоди.

КУКЛА (слегка вращает головой, хлопая ртом). Ыыы... нья нья... аб.

КОЛЛОДИ (в умилении). Сыночек! Заговорил!

АРТЕМОН (оцепенело, Пьеро). Это... Он?

ПЬЕРО (открыв рот). Н-не знаю...

МАЛЬВИНА (закрыв лицо руками). Господи...

С улицы доносится шум, топот, запыхавшиеся голоса.

МАЛЬВИНА. Карабас!

АРТЕМОН. Директор!!!

Куклы в ужасе разбегаются по двору и совершенно сливаются с реквизитом.

Сбоку сцены высвечиваются Карабас-Барабас и Дуремар. У Дуремара подмышкой кипа свернутых в трубку афиш.

КАРАБАС-БАРАБАС (смотрит в листок, вырванный из книги). Это? Тут?!

ДУРЕМАР. Эээ... Дом шестнадцать... Да, похоже. Вон верстак... очаг на стене...

КАРАБАС-БАРАБАС. Хозяин! Открывай, хозяин! Именем губернатора!

ДУРЕМАР. Не пугай ты человека...

КАРАБАС-БАРАБАС. Ээ, ладно... Четверо ведущих актеров у меня с утра пропали, всё обыскал - нету. Да чорт с ними, раз дело такое! С утра аншлаг! Лепи и тут тоже!

Высоченный Дуремар ловко вытаскивает из трубки афиш одну и пришлепывает её высоко к стене.

На афише написано:

   

 

Театр Карабаса-Барабаса

при поддержке городских властей
и лично Господина Губернатора

сегодня и весь месяц на сцене

любимый публикой и так долгожданный

БУРАТИНО
или
Откровение от всемирно известного Деревянного Человечка
со сложной биографией и паранормальными способностями

Тайна Холста! Волшебная Дверца! Новый Мир!

Операция "Золотой Ключик"

Торжественная передача эстафеты,
организованная Ассоциацией ветеранов нашего города!

Количество билетов ограничено!

Скидок нет. Действие идет без перерыва

...

   

Сцена гаснет.

Подсвеченным остается только плакат. Слышны топот, возбужденные голоса, звуки перетаскиваемых тяжелых предметов, шум, крики, и наконец отдельные хлопки, переходящие в неистовую овацию.

Гремит музыка.

ГОЛОС МАЛЬВИНЫ. Свободу куклам он принёс!

ГОЛОС АРТЕМОНА. Ему отныне предан пёс!

Свист, крики, овация.

По сцене идут Алиса и Базилио. Останавливаются под плакатом.

БАЗИЛИО. Ну?

АЛИСА (достает деньги из-за пазухи и считает). Один, два, три... четыре... пять. Пять.

БАЗИЛИО. И всё?

АЛИСА. Всё. На, смотри. Пять.

БАЗИЛИО (хватается за ворот, мотая головой и вращая глазами). Обману-ул, с-сука!

Алиса убирает деньги и вдруг срывается с места, исчезая за кулисами. Базилио оторопело смотрит ей вслед, спохватывается и кидается следом.

БАЗИЛИО. Стой! Стой, зар-раза!

Громко и печально играет скрипка.

Конец

   
> к оглавлению <
 

_______

Господа!
Помните, что все работы, выставленные на этом сайте, принадлежат одному автору и не могут быть скопированы и опубликованы (даже в некоммерческих целях) без предварительного согласования с ним. Искренне надеюсь на Вашу честность и порядочность.

Алексей Николаенко и "Х. ВИДЕО Студио", 2004 г.